Появляющаяся в романе лишь однажды фигура Слейтера подана ярко, броско, пожалуй даже плакатно, и этот прием, по-видимому, достигает своего назначения. Так в случайной обмолвке во время застольной беседы до конца раскрывается кредо этого типичного представителя антикоммунистической идеологии, влияние которой и по сей день остается одной из основных пружин внешней политики Соединенных Штатов.

И в целом, как в «Отныне и во веки веков», так и в последующих книгах, диапазон психологического мастерства Джонса своеобразен. Его палитра небогата оттенками, зато чистые, сильные тона ложатся уверенно и ровно. Это касается в особенности близких сердцу романиста тем, когда речь идет о любовном томлении или тоске одиночества, о мужской дружбе или горечи утраты. Солдаты у Джонса — это и есть «мужчины без женщин», по крылатой фразе, брошенной Хемингуэем(технический перевод ). Им доступна, как правило, только покупная любовь, хотя у некоторых и сохранилось представление о высоком и чистом чувстве. Объяснение Прюитта с Лорен в тускло освещенной комнате дома свиданий по силе вложенных автором эмоций способно соперничать с лучшими сценами из произведений мировой литературы: та же приподнятость и страстность тона в попытке двух несчастных, измученных душ найти пути друг к другу. Обычная для Джонса сухость художественного языка сменяется подлинным лиризмом. Солдат и проститутка — пара, словно перенесенная со страниц полной гнева и разочарования поэмы Вордсворта «Вина и скорбь»,— обретают новое воплощение в персонажах американского писателя. Взаимоотношения Прюитта и Лорен образуют, по замыслу Джонса, как бы первичную клетку всего социального организма, по которой можно получить не только представление, но и знание об обществе в целом, о мужчинах и женщинах, его составляющих.