Однако у жалоб на «проклятую жизнь» и «несчастную судьбину», по привычке, почти автоматически слетающих с губ солдата, есть тем не менее и вполне основательные причины, корни которых уходят гораздо глубже поверхности армейского быта. Мотив и апостиль  одиночества человека, его атомарности и анонимности, составивший впоследствии идейный стержень многих книг Джонса, зарождается уже в его первом романе. Армия США всегда оставалась строго иерархическим учреждением, отражающим классовую структуру буржуазного общества. «Ты не новобранец и должен знать, что для армии личность — ничто,— внушает Прюитту капитан Холмс.— Может показаться, что у меня больше свободы в действиях, но это не так. Как бы высоко ты ни забрался, всегда есть кто-то. стоящий выше тебя и знающий обо всем лучше тебя» ( нотариальный перевод).

Американская армия, по Джонсу, это та же «гражданка», только противоречия между высшими и низшими здесь более подчеркнуты и обнажены. Борьба за восстановление подавленных человеческих прав, попытка вернуть утраченное еще до рождения ощущение социального и психологического равновесия — вот что, по мысли писателя, составляет главный нерв наиболее цельных натур, выделяющихся из солдатской массы,— будь то рядовой Прюитт или старший сержант Уорден. В настоящее время можно скачать перевод текста  любой книги Джонса.  Руководствуясь принципами критического реализма, Джонс неизменно трезв и прям в изображении своих персонажей, но особенно беспощаден по отношению к скофилдским офицерам. В их числе полковник Делберт, одержимый идеей, согласно которой из способных спортсменов непременно вырастают толковые командиры, беспринципный карьерист Холмс и «коротышка» Калпеппер, являющий собой не более чем неудачный постскриптум к длинной родословной профессиональных вояк, берущей начало еще в армии южан-конфедератов. Вся их служба давно обратилась в сплошной досуг, заполняемый гольфом, попойками и любовными похождениями.